Часть номер один. Ничего не изменилось

 

Ничего не изменилось, нога не пригодилась, стала протезом.

Ключ начал ржаветь, двери закрылись, открылся финал.

Слов достаточно, людей предостаточно, я одна.

Дела спят, я тоже сплю, больше никто не спит. 

Тревоги нет, не пишу в ответ, просто дышу. 

Запахи ощущаю, по комнатам брожу. 

Чувств никаких, мысль одна. 

Человек — пятая стена. 

Засыпаю. 

 

Часть номер два. Жизнь пригодилась

 

Заснула, 

И мне приснилось, 

Как дверь рукой открылась, 

И оттуда полетели тридцать две строки

От руки, а потом они споткнулись о ковёр, смутились,

И получилось, что мне ничего и не снилось, хотя могло бы.

Бедные строки, я им кофе сварила, тихо хвалила и плакалась,

Что ничего не чувствую, а они мне: «Так бывает со всеми, замри,

Не надо, ты что, мы ковром и были». Про линии все забыли,

Я допила кофе, вытряхнула ковёр, не удержала фигуру строк.

Человек — шестая стена. 

Засыпаю.

 

Часть номер три. Что-то разбилось

 

Я ничего никогда не ломаю, и мне всегда очень хотелось, 

Чтобы всё разлетелось. Тогда я смогу собирать.

Кровать деревянная, рубашка шёлковая,

Сигареты мягкие, рука тяжелая, 

Ничего при этом не ломается. Никто не разбился,

Я так много прошу, или что? Мне просто хотелось, 

Чтобы все хоть на вечер разлетелось, и я собрала.

А так всё в одном ряду, слегка выбиваются пряди.

Я снимаю тяжёлую рубашку шёлковой рукой 

Провожу деревянную сигарету над головой

И снова ложусь спать. Промежуток в секрете.

Человек — седьмая стена.

Засыпаю.

 

Часть номер четыре. Получилось?

 

Думала рассказать сны, ни один из них не запомнила, рассказывать нечего, зря пришли.

Зря пришли сны, я имела в виду, а то мало ли, кто-то поймёт не так,

Как я не хотела бы, чтобы меня понимали.

Эти крохотные спирали, которые сыпались в кучу, чтобы ими играли, 

Заржавели и сами себя протирали.

Глаза закрываются на самом деле.

Придётся сказать: «Человек — восьмая стена», на пару строк раньше.

(Действительно) засыпаю.

 

Часть номер пять. Поразилась

 

Поразилась, что я так ничего и не сделала

И не делаю и делать не буду.

Я так ничего не меняла, не меняю и не буду менять.

Как были стены, так и остались крашеными, нет идиотских обоев.

Терпеть не могу обои и всё, что похоже на кожу. 

Мне страшно, что вокруг меня ничего не менялось.

Если бы эта часть стала сном, она бы не запомнилась.

Или запомнилась бы: там было что-то такое, а потом все кончилось, ну и вот так. 

Поражаюсь, конечно, как мало себе говорила вслух.

Сломалась задумка. Все так же протез. 

Человек — девятая стена. 

Засыпаю. 

 

Часть номер шесть. Хайку сложилось

 

Ведь мы себе даны, чтобы мы в себя ныряли.

Человек — десятая стена.

(Юбилейно) засыпаю.

 

Часть номер семь. Вне рифмы 

 

Сегодня вечером мне дали знать, что тревога рядом. Что мне сделать с ней, как ее дома принять? Лучше буду гостеприимной, она это запомнит. Я холодна для хозяина. Мне нужно встать и открыть дверь? Пусть дни бегут за мной, надо их обгонять, чтобы открыть дверь. Пока не открываю. Человек — одиннадцатая стена. Засыпаю.

 

Часть номер восемь. Проснулась 

 

Это первая часть, где я просыпаюсь, и восьмая, в которой я точно засну.

Зачем просыпаться, если я так же засну? 

Через десять минут будет что-то не слишком осмысленное, 

Через двадцать минут, через час, через день, через два.

Меня просыпают слова и засыпают слова. 

Жанра здесь нет, я пишу, что пишу, и не буду это менять. 

Человек — двенадцатая стена. Я написала три комнаты?

Время обратного шага. (Пока не) засыпаю. 

 

Часть номер девять. Оформление 

 

Тревога заканчивается за тридцать четыре секунды, все цифры в этой поэме — либо тридцать два, либо тридцать четыре. 

Следовательно, есть только два числа: 32 и 34.

При этом в поэме на данной секунде девять частей.

Есть только три числа: 32, 34 и 9.

Девять мне уже было, на этом подвиги кончились.

Я написала восемь из двенадцати стен. 

Просыпаюсь.

 

Часть номер десять. Хитросплетение 

 

Я написала восемь из двенадцати стен, мой источник проблем

Забурлил, и бурлит, и скрежещет: написала 

С условием жизни в комнате

Восемь стен.

Я не умею ни шить, ни рубить, поэтому я вплетаю: вот так, раз, два, три, четыре, 

Больно считать, 

Пять, шесть, семь, восемь, девять, 

На этом мои подвиги кончились, 

Десять, одиннадцать, двенадцать. 

Так и получилось. 

Рецепт хитросплетения: необходима я и мои слова, восемь построенных стен и четыре стены дарованных, и чтобы они поиграли: ничего не изменилось, жизнь пригодилась, что-то разбилось, получилось? поразилась, хайку сложилось, вне рифмы, проснулась, оформление. Вот вам и хитросплетение. Хитрости нет никакой, кроме вплетения стен и сплетения слов, ты пиши, ты пиши, ты пиши, ты пиши, я пишу, я написала.

 

 

 

Весна два ноль два ноль